Это слайд-шоу требует JavaScript.
Крокина галерея и Российская Академия Художеств
представляют выставку
Владимира Анзельма
«ГИГАНТОМАХИЯ»
В ЗАЛАХ ГАЛЕРЕИ ИСКУССТВА ЗУРАБА ЦЕРЕТЕЛИ
ПРЕЧИСТЕНКА, 19
Выставка работает до 25 ноября 2018
ПРОФИЛЬ ВРЕМЕН
Империя никогда не исчезала – так говорит один из персонажей фантаста Филипа Дика. Так думаю и я, когда смотрю на работы Владимира Анзельма.
Империи рождали большие пространства, а большие пространства порождали большие идеи в тотальном, гегелевском смысле. Так когда-то рождался и фундамент наций.
Анзельм существует на пересечении культур – русской и немецкой. Но национальные коды автор превращает в темы для размышления, в глубокие визионерские сопоставления, пронизанные порой тоской по великим и канувшим в прошлое эпохам.
Какие монологи транслируют головы монументальных статуй на полотнах-мешках, чем-то на похожих на древнюю кожу?
Возможно, эти знакомые профили напоминают нам об архетипах, о вечных и навязчивых, и очень глубинных образах, вспыхивающих в сознании творцов, начиная с эпохи Фидия и Лисиппа. В их яркой холодности и отстраненности созидается особый момент: код автора, личное превращенное в линию.
Первоначальное предназначение скульптур греки видели в обрамлении храмов, где пифии и сивиллы общались с богами Олимпа. Наделение камня духом было мистической потребностью, в мире легендарных героев, противостоявших фатализму закона богов и жертвоприношения.
Анзельм считает: «Человек эпохи Модерна оторвался от «неба», потерянный или самодеятельный человек сам себя легитимизирует без Бога, без соотношения с трансцендентальным.
Перекладывая классику в авангардистскую интерпретацию, Анзельм оборачивается к образам прошлого, к эпическому накалу героических времен. Там рождалось подлинное. Там варвар становился римлянином, а раб – ратоборцем.
Дух плодотворных времен непременно возникал из родства и земли. Но время противостоит древним заветам с помощью новаций.
И тут Владимир Анзельм поясняет: «Человек с помощью техники становится сверхчеловеком или титаном. Возникают тоталитарные импульсы. Плюс массовый способ уничтожения: как на войне, так и в расчетах потерь. Теряется героический смысл войны, как преодоления себя, познания экстремальных напряжений. Это тема развита у Юнгера в «Стальных грозах», «Излучениях», «Гелиополисе».
Авторский отсыл не был бы окончательным, если бы фоном к мятежным образам не стал бы суровый пейзаж, в котором словно во сне парят скульптурные цитации Анзельма. Стихия горных хребтов, ледяных айсбергов, мерцающих глетчеров – все это путь к вершинам, к духовной субстанции, овеянной вселенским сиянием.
Мир образов Анзельма состоит из противоречивых гипербол из благородных спекуляций. Его фундамент эмоциональная тоска о героической эпохе, где человек борец, ратник пребывает в титаническом напряжении. Он противостоит холодным ветрам севера, ледяному натиску необоримого космоса. Это борение вечно, а победа в нем едва ли достижима.
В содержательном плане проект «Гигантомахия» Владимира Анзельма, это, по его же определению, — «возвращение к человеку «земли» в духе античного миропонимания, с определением места человека в иерархии античного космоса, человека как части природы, титана, порождении земли, человека хаоса, лишённого представления о трансцендентном». Здесь вновь звучит, хрестоматийная тема немецких философов и романтиков — тема, экзистенциальной заброшенности, потери смысла жизни и трагедии нигилизма. В русле идей Ницше с его «потерей связи с божественным».
Путь художника Анзельма – это путь личного понимания, труда, борения в житийном смысле, где каждое движение – открытие собственных возможностей в постижении вселенской Энигмы.
Олег Шишкин. Профиль времён
495.637.25.69
www.rah.ru
964.564.03.03
www.krokingallery.com
