Выставка Антона Чумака «Оазис»

Антон Чумак

«Оазис»

21.10.20 — 22.11

Проект «Оазис» — это цикл технократического рисования на холсте, это образ, обращённый к априорной идее цивилизации интегрировать космос в орбиту своих интересов и создать в недрах космического холода собственное обиталище — оазис.

Космос Античности, Канта, Гагарина с сопутствующей им мифологемой, созерцательностью, романтикой и подвигом уходит в прошлое. Сегодня восприятие космоса переходит в категорию утилитарного проектирования, в парадигму художественного поиска.

Проект «Оазис» — это именно художественное проектирование умозрительного пространства, соединяющего в себе множество конструкций, мембран, структур, молекулярных решёток, где нивелируется грань, отделяющая естественное от искусственного, человеческое сознание от цифрового программирования, биология от механики. Мир меняется, и восприятие космоса приобретает новый формат, а диалог с ним происходит на иных физических и ментальных принципах.

Представление о космосе, как некоем виртуальном пространстве уходит. Космос становится физически ощутимым. Тонкая грань между представлением и реальностью оказывается вполне преодолимой условностью, а легендарный марш авиаторов «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью» с пассионармым «будетлянством» из далёких тридцатых прошлого столетия осуществляется в непредсказуемом настоящем.

Проект «Оазис» — это визуализация новой утопии, создание новой метафоры, метафоры антропоморфного жеста, «нового ордера», диссонирующего с энтропией чёрной пустоты, где чёрное – метафора возможного, наделённого своей физикой и закономерностью.

Проект «Оазис» — это образ построения альтернативного пространства, пространства-системы, выраженной в знаковых образах цивилизации, в апелляции к её архитектурно-смысловым маркерам-доминантам: Храму Святой Софии в Константинополе, Колизею в Риме, храмам Виджаянагарской империи и ряда иных прототипов.

Проект «Оазис» — это образ и размышление о будущем, проступающем в настоящем.

Александр Петровичев

Выставка Юрия Аввакумова «Некрополь»

Юрий Аввакумов

«Некрополь»

16.09. — 18.10.20

Музеи — кладбища искусства. Принято считать, что это сравнение принадлежит кому-то из футуристов. Действительно, в 1909 году Филиппо Томмазо Маринетти опубликовал Манифест и обоснование футуризма, в котором были слова: «Слишком долго Италия была страной старьевщиков. Мы намереваемся освободить её от бесчисленных музеев, которые, словно множество кладбищ, покрывают её».

Но еще раньше фразу «я устал от музеев — кладбищ искусства» записал в 1832 году другой поэт, Альфонс де Ламартин в своём Путешествии на Восток в главе, посвященной Афинам. Полностью знаменитая максима звучит так: «Я устал от музеев — кладбищ искусства — мертвые фрагменты без места, цели, целого, мраморная безжизненная пыль…»

В рассказе о современных Афинах Ламартин скорбит по прошлому этого великого города, ужасается его неприглядным руинам, предлагает восстановить Парфенон и не предполагает возвращаться сюда вновь. О кладбищах искусства пишет француз, житель города с крупнейшим музеем мира Лувром, только что стараниями Наполеона Бонапарта наполненном реквизированными сокровищами Египта, Греции, Италии и королевской Франции. Не снобизм ли это у одного поэта и фашизм у другого?

Современник А.С. Пушкина, романтик Ламартин предпочитает живую природу мертвой археологии, воспоминания — искусству, слова — музыке, мораль — материи. Вещи без контекста — основа любого музея, напоминают ему кладбища. А кладбища должны бы напоминать музеи. И они это успешно делают, иногда на века опережая музейные устройства сегодняшнего дня, как средневековые погосты, в которых кроме захоронений процветала разнообразная торговля, включая торговлю телом. Церковь с кладбищем в средние века была культурным центром досуга и отдыха как для горожан, так и для паломников. Сейчас на эту роль претендует музей.

Мощи многочисленных святых, на поклонение которым когда-то десятками тысяч съезжались верующие со всего света, сегодня замещены на похороненные в музеях произведения искусства. Для их посещения проложены разнообразные туристические маршруты, насыщая экономики городов и целых стран. Музеи и кладбища постоянно расширяются, иногда за счет других территорий — стадионов или аэропортов. Фальсификация святых мощей и произведений искусства есть распространенная практика и тогда, и теперь. Музейная архитектура Фрэнка Гери или Жана Нувеля так же поражает воображение зрителей, как когда-то поражала архитектура готических храмов.

Музейная экспозиция часто походит на кладбищенскую — урны в колумбариях расположены как картины на стене, то есть рядами и шпалерами. В каких-то музейных залах экспонаты громоздятся тесно как на еврейском кладбище в Праге, а в каких-то можно блуждать как на просторах Лесного кладбища Гуннара Асплунда. И пока наиболее известные культурные и государственные деятели собираются в почетные некрополи, рядовые культурные артефакты убираются в депозитарии. Дигитализация мертвого тела и музейного экспоната происходит одновременно с развитием компьютерных технологий. Иммерсивная практика включается как в погребальный обряд, так и в музейную экспозицию.

И музей и кладбище связаны с идеей бессмертия. И те и другие бесконечно продлевают жизнь своим подзащитным тогда, когда она уже кончена. Если кладбища репрезентируют мир подземный, то музеи — мир небесный. Ничто другое люди не хранят с большим почтением, чем память — о себе в мире и о мире в себе.

Альфонс де Ламартин похоронен на кладбище Сен-Пуан в Бургундии в каменном саркофаге. Филиппо Томмазо Маринетти — на Монументальном кладбище в Милане под чугунной плитой.

Юрий Аввакумов

Выставка Владимира Ситникова «Окрестности»

Владимир Ситников

«Окрестности»

22.08. — 13.09.20

В паре человек – природа, отношение сторон скорее конкурентные нежели партнёрские, это по сути бесконечная необъявленная война за ресурсы, рынки сбыта – за всяческую сиюминутную выгоду. Наше восприятие природы антропоморфно. И поэтому человек действует под старым девизом «наша задача взять все у природы» выступая в роли безжалостного колонизатора не только по отношению к себе подобным, но и к природному балансу планеты в целом.

Мы склонны забывать, что человек есть только малая часть этой самой природы. Он представляет для неё куда большую опасность, ставя под угрозу не только собственное видовое существование, но и жизнь как таковую. В нём категория страха, страха за будущее зачастую вытесняется в пользу сиюминутной выгоды.

Эсхатологическое восприятие окружающей действительности, превращает жизнь в перманентное ожидание конца света и накладывает на зрительные образы своеобразные фильтры психогаллюциногенной природы. Нам начинает очень многое мерещиться. Мы как бы не вполне уверены в видимой реальности, она может в любой момент обмануть, маскируя, подстерегающие нас опасности.

Как-то раз медитируя в позе врикшасана (дерево), как бы видя и слыша шелест листвы, я почувствовал себя этим самым деревом. Стало окончательно ясно, что природа отнюдь не фон для современного урбанизированного современного человека, как это когда то казалось, и такого рода субординация является в корне не соответствующей действительности.

Таким образом классическое искусство, начиная с эпохи гуманизма, ставящее в центр человека на фоне природы в качестве венца творения, и в целом продолженное в contemporary art, так же всё больше перестаёт соответствовать экологическим стандартам и реалиям времени. Исходя из этого на рисунках серии принципиально отсутствуют изображения людей. Растительность не нуждается в человеке. Мы видим как бы глазами дерева или человека-дерева только некоторые следы пребывания и деятельности людей.

Техника исполнения на полупрозрачной бумаге подчёркивает эфемерность нашего мира, готового к превращениям – такая манера исполнения перекликается с европейской романтической традицией и одновременно диссонирует с ней своей восточной «лубочной раскраской».

Жизнь деревьев в истории, их соучастие во времена природных катаклизмов, войн, смен политических режимов и т. п. Эмпатия, жизненные циклы дерева и человека и их соотношения, вот пожалуй настоящая тема проекта.

Владимир Ситников

Выставки 2020

23.12.20 – 24.01.21 Групповая выставка «Закулисье 2.1»

25.11 — 20.12 Марина Рин «AQUA» /живопись, объекты/

02.09.-15.11 Проект «Игры с контекстом» Константин Батынков, Ольга Горохова, Владимир Анзельм, Александр Панкин

21.10 — 22.11 Антон Чумак «Оазис» /графика/

16.09 — 18.10 Юрий Аввакумов «Некрополь» /фотография/

22.08 — 13.09 Владимир Ситников «Окрестности» /графика/

03.07 — 18.08 Константин Батынков «Кабинет художника. Коллажи» /работы 90-х/

26.03 — 26.04 Андрей Бильжо «Золото фабрики ФАБИЛЬЖО» /объекты/

20.02 — 22.03 Платон Инфантэ и Дарья Коновалова-Инфантэ «20.02.20» /мультимедиа, объекты, графика/

21.01 — 01.03 Групповой проект «Зимний сад» в залах РАХ

15.01 — 16.02 Алексей Политов и Марина Белова «Отбрасывая тени» /объекты/

Константин Батынков «Кабинет художника. Коллажи» до 18 августа 2020

Это слайд-шоу требует JavaScript.

КАБИНЕТ ХУДОЖНИКА
В рамках проекта «АРХИВАЦИЯ СОВРЕМЕННОСТИ»
КОНСТАНТИН БАТЫНКОВ
«КОЛЛАЖИ»
произведения 90-х
03.07.- 18.08.2020
Каждый художник в стародавние времена — а эти вещи, так скажем, не новые, двадцатилетней давности, — приобщался к истории искусств, к искусству старых мастеров. Кто-то копии рисовал, кто-то стилистику заимствовал. Кто ещё что. У меня это вылилось вот в такую форму: взял репродукцию полюбившейся картинки, пусть Ренуар или Ван-Гог, Энгр, пририсовал туда самолётик и немного поскоблил, потёр, состарил, в общем, приложил руку. Это коллажи. Поскольку раньше все репродукции были на плохой бумаге, я их оттуда вырезал, переклеивал на хорошую. Валиком накатывал краску, потом смывал, потом снова накатывал, потом снова смывал. Вообще это очень трудоёмкая работа. Мне были интересны возникающие в этом достаточно странном процессе фактуры, формальные эффекты, кракелюры. Что касается самого названия и сюжета, то всё это типичный постмодернистский бред, который внятными словами объяснить не возможно. Это слова из цыганской песни Алёши Дмитриевича.
«Лётчик высоко летает,
Много денег получает,
Мама, лётчика люблю…»
Константин Батынков

Платон Инфанте & Дарья Коновалова Инфанте «20.02.20»

Вектор искусства Платона Инфантэ и Дарьи Коноваловой-Инфантэ предопределен генетически. Его направление прогнозируемо уходит в языковое пространство Русского Авангарда, в пространство лишённое жёстких стилистических очертаний и содержательных констант, но заключающего в себе особый энергетический импульс, особый потенциал созидания формы в её осмыслении.

При всей относительности подобного рода атрибуции применительно вышеупомянутым авторам, безусловным окажется восприятие ими программных установок, определивших в своё время язык и художественные доминанты им близких (во многих отношениях) художников — Франциско Инфантэ и Нонны Горюновой. Параллели здесь закономерны, но именно параллели как независимые линии развития, пребывающие в едином содержательном поле.

Художественное высказывание Франциско и Нонны не дифференцирует авторского участия, предлагая зрителю единый результат, внутреннего диалога сокрытого от зрителя. В случае с Платоном и Дарьей, речь идёт именно о диалоге визуально определимом, где присутствуют два автора.

​Платон воспринимает директорию унаследованную у Франциско и Нонны, но с важным отличием. Будучи человеком иного поколения, он работает с иным визуально-содержательным контекстом и моделирует, доводя до перфекционизма своё высказывание, прибегая к иным технологиям, определяющим его художественную лексику. Применительно к данному проекту он работает с антитезами, совмещая сложную в своём исчислении компьютерную программу и сделанный вручную рисунок, индифферентный глянец монитора и бархатистость бумаги с утончённой линеарной графикой.

Предельный минимализм в решении образа, где, по словам автора, «вектор человеческого мышления, перемещается сквозь циклические окружности мыслей» воспринимается на созерцательном уровне. Его произведение заключает в себе несколько планов восприятия и прочтения. В данном случае речь идёт об «отпечатке» присутствия автора, его индивидуального жеста, артикулированного в наличии пастельного рисунка, фиксирующего время и объясняющего специфическое название выставки, обозначающего дату её начала.

Антропоморфный «отпечаток» присутствия автора в анонимном пространстве цифры находит своё развитие в проекции видеомэппинга, обыгрывающего принцип передачи информации условным подобием «шумерской» цилиндрической печати.
Рельефные диски Дарьи, вступая в упомянутый диалог с Платоном, отображают нечто близкое к его художественной программе. Она отображает в едином замысле выверенные в своих расчётах геометрические построения с жёстким штрихованным рисунком, реализуя в своих объектах визуально динамичные пространства.

И Платон, и Дарья пребывают в пределах метафорического понимания искусства, не выходя на уровень абсолютизации цифры как таковой. Вопрос границы восприятия здесь чрезвычайно важен. Их искусство знает внутреннюю регламентацию, определяемую традиционным пониманием гармонии, ритма, композиционного решения и всего того, что присуще художнику в его формулировании понятия красоты.

«Теория струн» Александра Пономарева

Александр Пономарёв. ТЕОРИЯ СТРУН.. Инсталляция. Courtesy Крокин галерея

Крокин галерея
представляет выставку
Александра Пономарева
«ТЕОРИЯ СТРУН»
/инсталляция из бетона, графика/
до 17 ноября 2019

Целостное восприятие мира, его гармоничное устроение и его строй фокусируется в творческих установках и доминирующем векторе того, чем многие годы занимается Александр Пономарёв. 

Гигантские инсталляции, многосложные объекты, немыслимые по своему охвату игры с пространствами, морями-океанами, островами-материками в принципе укладывающиеся в практику современного искусства, применительно поиска Пономарёва очень часто оказываются выразительным контекстом чего-то, остающегося за кадром. 

Он давно стирает границы, выходя из формата искусства в иные дисциплины, в теоретическую физику, астрономию, океанографию и обратно. Его искусство давно и органичносуществует на стыке различных институций; междисциплинарное по своей природе оно заключает массив художественных практик, и технологий. Вопрос в акцентах. 

Они в тех областях, где теоретическая физика с её «Теорией струн» неведомым образом раскрывается в художественном жесте; перебираются струны неведомого инструмента, продуцирующего волну и создающего особую атмосферу творческой мотивации.

Александр Пономарёв. ВОЛНА. 2018, морская карта, смеш. тех. 101х78см. Courtesy Крокин галерея.
Пономарёву интересен процесс, его фиксация, его 
самоценность;для него он и тактика и стратегия. С лёгкостью играя масштабами, которые всё труднее втиснуть в кубометры выставочного пространства, он стремится быть в эпицентре, в «центре циклона», периферия для него не имеет смысла. Его рисунок проступает на морских картах, переиначивая заданные маршруты, растворяя изображение пучками линий собственной навигацией. Он играет с казалось бы, незыблемым, меняя функционал субмарин, растворяя в тумане острова, воспроизводит волны из бетона. Он стремится быть сопричастным большому процессу, где сопричастность окажется ключевым словом в восприятии его монолога, его поэтики персонального эпоса.

Гигантская инсталляция, распирающая пространство галереи, включает в себя многосложную метафору — бетонный корабльбороздящий бетонное море. Вся композиция перевернута, и бетонный дым, вываливаясь из бетонных труб, разливается по полу, своеобразной оси умозрительной симметрии. Зрительоказывается по иную сторону этого незримого пограничья и рассматривает происходящее как бы с небакак бы вниз головой. Здесь всё выстроено и понимаемо по принципу симметрии, прямого обращения к теоретическим положениям экспериментальной физики, к так называемой «теории струн».

Александр Пономарёв. ТЕОРИЯ СТРУН. Инсталляция. Courtesy Крокин галерея..
Следуя в данном фарватере, Пономарёв в своём понимании «Теории
 струн» говорит как раз о сопричастности целому, его масштабу, глубине и тому, что вообще невозможно отследить, а иногда и изобразить. 

При всей монументальности образа, при всём его масштабе и предельной выразительности, Пономарёв реконструирует нечто внутреннее, своё. Он воспроизводит Теорию Струн, свою Теорию Струн, в контексте и векторе многосложной легенды, где самавтор homoviator — человек путешествующий, её слепок, онтологически с нею связанный в пространстве «глубокого ощущения чуда».

Это слайд-шоу требует JavaScript.

 

«Вокруг «Циклопа» Франциско Инфантэ и Нонны Горюновой

4 Франциско Инфанте-Арана, Нонна Горюнова. ВОКРУГ ЦИКЛОПА..40х76см

Крокин галерея
представляет выставку
Франциско Инфантэ и Нонны Горюновой
«ВОКРУГ «ЦИКЛОПА»
/фотоинсталляция/
до 22 декабря 2019

Фотоинсталляция Франциско Инфанте-Арана и Нонны Горюновой «Вокруг «Циклопа» воспроизводит в залах галереи пространственную конструкциювыстроенную ими в мае прошлого года во Франции (Millylaforet. Директор Национального Художественного Центра “LeCyclop” de Jean Tinguely” Франсуа Тайлад(Francois Taillade).

Местом действия стал лес города Милли-Ла-Форет, опоясывающий гигантское сооружение «Циклоп» знаменитого швейцарского скульптора Жана Тэнгли (Jean Tinguely), его жены художницы Ники де Сан Фаль (Niki de Saint Phalle) и друзей художниковИдея создания и начало работ над этим гигантским сооружением состоялось в 1969 году, а сам процессрастянулся на четверть века

«Циклоп» Тэнгли с выразительной зеркальноймаской и грудой металлического лома высотой более двадцати двух метров стали художественно артикулированной метафорой, содержащей в себе «ген» разрушения и тленаПо изначальному замыслу Тэнгли, его «Циклоп» становится выразительным ответом на внутриевропейский левый дискурс тогдашней Франции, ещё не остывшей от студенческих волненийНо в процессе сооружения многосложная задумка из стекла и металла обрела новое качество, содержательную и формальную вариативность, а, растянутая во времени практика интерактивного осмысления этого объекта приглашенными к сотворчеству художникамимотивировала разнообразие художественных высказываний

2 Франциско Инфанте-Арана, Нонна Горюнова. ВОКРУГ ЦИКЛОПА. 40х76см.
Франциско
 Инфанте-Арана и Нонна Горюнова своей пространственной инсталляцией вошли к этот нескончаемый процессИх ответом в умозрительном диалоге с легендарным швейцарцеми его энтропийными установками стала выразительная антитеза — метафора равновесия и порядка, выраженная в сложной горизонтальной конструкции из натянутых нитейвыстроенной в виде «паутины» в парковой зоне вокруг «Циклопа»

Формально-содержательный план проекта Франциско и Нонны традиционно для авторов основан на тонкой игре, на генерации новыхпространств, на парадоксальном сопряжении антитез – вертикали/горизонтали, статики/динамики, тяжёлого/лёгкого, глухого/прозрачного.

В контексте доминант — тяжелой предметной вертикали Тэнгли и легкой прозрачной горизонтали Инфантэ выстраивается новый «текст», новая программа по интеграции двух самодостаточных, изначально противоположных художественных высказываний в единое произведение.

Это слайд-шоу требует JavaScript.

Москва, Климентовский пер. 9/1 (м. Третьяковская)
+7 964 564 0303

Выставки 2019

21.11 — 22.12 Франциско Инфантэ и Нонна Горюнова «Вокруг «Циклопа» /фото-инсталляция/

10.10 — 17.11 Александр Пономарев «Теория струн» /инсталляция, графика/

04.09 — 06.10 Сергей Шутов «Ризомы» /живопись, объекты/

26.07 — 01.09 Групповой проект «Триптих», Владимир Анзельм, Наталия Турнова, Дмитрий Цветков

26.06 — 21.07 Александр Панкин «Геометрия имени» /графика/

22.05 — 23.06 Константин Батынков «Всюду жизнь» /живопись/ проект в галерее и в Российской Академии Художеств

18.05 — 19.05 Участие в Арт-ярмарке DA!MOSCOW (стенд А7) Владимир Анзельм, Ольга Горохова, Алексей Гинтовт, Константин Батынков, Наталия Турнова

18.04 — 19.05 Владимир Ситников «Под ногами» / графическая инсталляция/

13.03 — 14.04 Александр Джикия «Минойская серия» /графика/

13.02 — 10.03 Михаил Молочников «Между мыслями» /графика/

10.01 — 10.02 Антон Чумак «Битва за урожай» /живопись, объекты/


Exhibitions 2019

21.11 — 22.12 Francisco Infante & Nonna Goryunova «Around the «Cyclop» /photo-installation/

10.10 — 17.11 Alexander Ponomarev «String theory» /installation, graphics/

04.09 — 06.10 Sergey Shutov «Rhizomes» /paintings, objects/

26.07 — 01.09 Group project «Tryptich» Nataliya Turnova, Vladimir Anselm, Dmitriy Tsvetkov

26.06 — 21.07 Alexander Pankin «Geometry of a name» /graphics/

22.05 — 23.06 Konstantin Batynkov «Life is all around us» /paintings/ (at the gallerys’ and the Russian Academy of Arts’ halls)

18.05 — 19.05 Participation at the DA!MOSCOW art-fair (A7 booth) Vladimir Anselm, Nataliya Turnova, Olga Gorokhova, Alexey Guintovt, Konstantin Batynkov

18.04 — 19.05 Vladimir Sitnikov «Underfoot» /graphic installation/

13.03 — 14.04 Alexander Djikia «Minoan series» /graphics/

13.02 — 10.03 Mikhail Molochnikov «Among the thoughts» /graphics/

10.01 — 10.02 Anton Chumak «Battle for the harvest» /paintings, objects/

Выставка Антона Чумака «Битва за урожай»

Это слайд-шоу требует JavaScript.

Крокин галерея
представляет
АНТОН ЧУМАК
«БИТВА ЗА УРОЖАЙ»
/живопись,объекты/

Выставка открыта до 10 февраля 2019
Вход свободный по предварительной записи
+7(964)564-0303
Климентовский пер. 9/1 (м. Третьяковская)

 

Битва за урожай — устойчивое выражение из советского прошлого. Несмотря на весь модернизм времен «серпа и молота», пропаганда борцов за светлое будущее быстро осознала необходимость опоры на традицию, в том числе на традицию героическую.
Таким образом, «закалялась сталь» одновременно с формированием новой мифологемы, нового эпоса с вождями революции, стахановцами, челюскинцами, позже строителями БАМа и покорителями космоса.

В унисон с задачами элементарного выживания пришло осознание того, что героизм востребован не только на войне, но и в мирное время, а самоотверженный труд во имя великой цели заслуживает особого почитания с занесением в летопись и пантеон строителей коммунизма. При безусловном доминировании культа всесоединяющегося мифологема наполнилась неизбежным дополнением в виде восхваления подвига коллективных аграриев, призванных не только покорить природу, поднять целину, но и вынести на своих мускулистых плечах тяготы героической битвы за урожай, битвы за существование.

Проект «Битва за урожай» визуализирует это действо сквозь собственную мистифицированную оптику, соединяя эстетику советского аграрного юга и героический эпос архаики причерноморских степей, вбирая в единое содержательное пространство шум табунов железнодорожных составов.
Взгляд на мир из настоящего сплавляет воедино слои предшествующих эпох, разделённых тысячелетиями.
Миф, укоренённый в «культурных слоях» самоидентификации народов, живуч, вариативен и способен к трансформации. Так и советская мифологема с её битвой за урожай органично отождествляется с космогонией времён переселения народов, с присущим ей арсеналом средств и образов мировосприятия.

Проект «Битва за урожай» — это своеобразная «археологическая» мистификация, попытка применить единую мифологическую оптику на мир античный и наше недавнее прошлое. Такая оптика позволяет воспринимать Советский Союз и его эстетическую атрибуцию, минуя свойственные ей априорные идеологические установки. Век сменился — прошлое становится поэтичной метафорой и престаёт довлеть над настоящим.

Антон Чумак

Блог на WordPress.com. Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑